Чтобы найти литературу о малой Родине воспользуйтесь каталогами быстрого поиска:

Дорогие читатели! Сайт "Любимая Родина" рад представить вам легенды про Письмо Магомету в Крыму (Россия), которые написали современные поэты и писатели. Мы благодарим авторов за творческое вдохновение, чуткость, доброту и любовь к Родине.

Крым. Легенда про Письмо Магомету (авторские материалы)

Письмо Магомету (козская легенда).

автор: Валентина Хоральд-Байрам
 
   Собиратель легенд И. Маркс в пояснениях к этой легенде сообщал, что в горных деревнях сохранялся во всей неприкосновенности древний уклад жизни, между прочим — и свадебный тойдугун. Богатая свадьба была целым событием для жителей долины. Свадебный пир продолжался целую неделю и больше. Невесту везли на покрытой коврами и разукрашенной повозке — мугудеке, в сопровождении конных джигитов и всего населения деревни, причем джигиты получали подарки, шитые золотом и шелками, платки и полотенца — юзбезы. При свадебном кортеже шли музыканты — чалгиджи.
   Многоженство допускается религией Магомета, у которого была 21 жена. Однако в Коране сказано: если боитесь быть несправедливыми, не женитесь более как на трех или четырех женщинах; если все-таки убоитесь этого — то берите одну жену или невольницу. В конце XIX века у крымских татар многоженство встречалось лишь как исключение.
   Азраил — ангел смерти, один из двух, особенно чтимых из бесчисленного сонма ангелов.
   Татары говорят: мир людей — точильное колесо, оно выгодно тому, кто умеет им править.
   Фатимэ, жена Аблегани, варила под развесистой орешиной сладкий бетмес из виноградных выжимок и думала горькую думу. Три года не прошло, как праздновали ее тойдугун. Первая красавица деревни, как персик, который начинает поспевать, она выходила замуж за первого богача в долине. Свадебный мугудек, обвитый дорогими тканями и шитыми золотом юзбезами, окружало более ста всадников. Горские скакуны, в шелковых лентах и цветных платках, обгоняли в джигитовке один другого. Думбало било целую неделю и чалгиджи не жалели своей груди.
   Завидовали все Фатимэ, завидовала в особенности одна с черными глазами и сглазила ее. Как только вышла Фатимэ замуж, так и пришла болезнь.
   Звали хорошего экима лечить, звали муллу читать — не помогло. Возили на святую гору в Кара-даг, давали порошки от камня с могилы — хуже стало. Высохла Фатимэ, стала похожа на сухую тарань. Перестал любить ее Аблегани; сердится, что больная у него жена; говорит, как сдавит вино в тарапане, возьмет в дом другую жену.
— Отчего так, — думала Фатимэ. — Отчего у греков, когда есть одна жена, нельзя взять другую; у татар — можно? Отчего у одних людей — один закон, у других — другой?
   Плакала Фатимэ. Скоро привезут из сада последний виноград, скоро придет в дом другая с черными глазами. Ее ласкать будет Аблегани; она будет хозяйкой в доме; обидит, насмеется над бедной больной Фатимэ, в чулан ее прогонит.
— Нет, — решила Фатимэ, — не будет того, лучше жить не буду, лучше в колодец брошусь.
   Решила и ночью убежала к колодцу, чтобы утопиться. Нагнулась над водой и видит Азраила; погрозил ей Азраил пальцем, взмахнул крылами, как нежный голос коснулся ее сердца, и унесся к небу, на юг.
   Схватились старухи, что нет дома Фатимэ, бросились искать ее и нашли на земле у колодца; а в руках у нее было перо от крыла, белее лебединого.
   Умирала Фатимэ, но успела сказать, что случилось с нею.
   Собрались козские женщины, всю ночь говорили, спорили, ссорились, жалели Фатимэ, думали, что и с ними может то же случиться. И вот нашлась одна, дочь эфенди, которая знала письмо — ученой была.
— Скажи, — спрашивали ее, — где написано, чтобы когда жена больной, старой станет, муж брал новую в дом. Где написано?
— Захотели — написали, — отвечала дочь эфенди. — Мало ли чего можно написать.
— Вот ты знаешь письмо, напиши так, чтобы муж другую жену не брал, когда в доме есть одна.
— Кому написать? — возражала Зейнеп. — Падишаху? Посмеется только. У самого тысяча жен, даже больше.
   Задумались женщины. Но нашлась, которая догадалась.
— Кто оставил Фатимэ перо? Ангел. Значит — пиши Пророку. Хорошо только пиши. Все будут согласны. Кто захочет, чтобы муж взял молодую хары, когда сама старой станешь? Пиши. Все руку дадим.
— А пошлем как?
— С птицей пошлем. Птица к небу летит. Письмо отнесет.
— Отцу нужно сказать. — говорит Зейнеп.
— Дура, Зейнеп. Отцу скажешь — все дело испортишь. Другое письмо напишет, напротив напишет.
    Уговаривали женщины Зейнеп, обещали самую лучшую мараму подарить и уговорили. Села на корточки Зейнеп, положила на колени бумагу и стала писать белым пером ангела письмо Магомету.
    Долго писала, хорошо писала, все написала. Замолчали женщины, пока перо скрипело, только вздыхали по временам.
    А когда кончили — перо улетело к небу догонять ангела.
    Завязала Зейнеп бумагу золотой ниткой, привязала к хвосту белой сороки, которую поймали днем мальчишки, и пустила на волю.
    Улетела птица. Стали ждать татарки, что будет. Друг другу обещали не говорить мужьям, что сделали, чтобы не засмеяли их.
    Но одна не выдержала и рассказала мужу. Смеялся муж; узнали другие, потешались над бабьей глупостью, дразнили женщин сорочьим хвостом. А старый козский мулла стал с тех пор плевать на женщин. Стыдились женщины, — увидели, что глупость сделали; старались не вспоминать о письме.
    Но мужья не забывали и, когда сердились на жен, кричали: «Пиши письмо на хвосте сороки».
    Выросла молодежь и тоже, за отцами, стыдила женщин. Смеялись и внуки и, смеясь, не заметили, как не стало ни у кого двух жен, ни в Козах, ни в Отузах, ни в Таракташе.
    Может быть, баранина дорогой стала; может быть, самим мужчинам стыдно стало, может быть, ответ Пророка на письмо пришел.
    Не знаю.
Легенда Крыма Письмо Магомету
автор: Наталия Рудченко
 
Под развесистой орешиной варит Фатимэ' бекмес.                
- Как всё в жизни перемешано и легко меняет вес.
Мир есть колесо точильное, кто умеет управлять,
У того доход обильнее, всё, что хочет, может взять.
 
Ведь была она красавицей, словно персик, что цветёт,         
Всем парням в деревне нравилась, думала, что счастье ждёт.
Той-дугун на славу справили, года три всего прошло,
Пир неделю длился свадебный, что казалось бы ещё?
 
Муж богач, да зависть дом её стороной не обошла,              
ДЕвица с глазами чёрными взглядом злобным обожгла.
И пришла болезнь тяжёлая, стала силы забирать,
Не нашёл  эким  лечение, звали и муллу читать.
 
Даже порошки от мрамора, что с могилы христиан,
Сил ей вовсе не прибавили, ни на каплю, ни на грамм.
На святую гору съездили, где Кемал-бабай лежит,
Там просили – чуда не было, путь к лечению закрыт.
 
Аблегани ныне сердится, что больна его жена,
И сказал, во что не верится: н0вая ему нужна.
Черноглазую приметил он, как сберётся виноград,
В тарапане сдавит весь его, и жениться будет рад.
 
Фатимэ весь вечер плакала: - от чего судьба так зла?
Взять вот греков, те не женятся, если есть одна жена.
Отчего законы разные и различные права?
Отчего жена татарская новых жён терпеть должна?
 
Лучше смерть, чем боль пекущая, жизнь такая ни к чему!
Потекла слеза горючая, унижений не приму!
И собралась ночью этой же, да к колодцу побрела,
Утопиться, и не мучиться, коль решенье приняла.
 
Наклонившись же над бездною, видит ангел Азраил, 
Смотрит на неё с надеждою, после пальцем погрозил. 
Крыльями взмахнул, что нежностью, её сердце обернул,
А спустя всего мгновение, птицей в небо упорхнул.
 
В доме в этот час заметили, что исчезла Фатимэ,  
Поискав, её приметили у колодца на земле.
Силы женщину оставили, еле говорить могла,
А к словам перо прибавила Азраилова крыла.
 
Испустила дух сердечная, обрела себе покой,        
Но для многих обеспечила размышленья над судьбой.
Козские собрались женщины, им тогда на ум пришло:
Многожёнство – боль извечная, надо отменить его.
 
Пусть Пророк услышит женщину, прочитав её письмо,    
Им послание намечено, коль оставлено перо.
Дочь эфенди знала грамоту, поручили ей писать,
Чтоб могла красиво, правильно, о проблеме рассказать.
 
Вот Зейнеп письмо написано, как отправить?- не вопрос. 
Связана бумага ниткою и привязана под хвост,
Той сороки, что вчера ещё сын одной из них поймал,
И, терпением похваставшись, маме просто так отдал.
 
Воля птице предоставлена, улетела с глаз долой.   
Весть на небеса доставлена, время потекло рекой.
Женщины, увы, болтливые, тайны им не удержать,
Тянет милому, любимому, о секретах рассказать.
 
И одна из них поведала… муж лишь высмеял письмо,      
Удивлялся бабьей глупости и наивности её.
Вслед, другие стали тешиться, старики и молодёжь,
Жёнам от стыда хоть вешайся, но былого не вернёшь!
 
А сменилось поколение, внуки женщин подросли,  
И не стало в поселениях более одной жены.
То ли Магомет ответил, поумнели мужики?
Иль баранина взлетела, став ценою не с руки?
 
Нам причина неизвестна, важен факт, а он таков,
Для всего есть в жизни место: и для дела, и для слов.

Смотрите и другие материалы по теме:

Загрузка...

Легенды регионов

Загрузка...
Наверх
Сайт о городах и странах ljubimaja-rodina.ru